Но есть еще одна святая сила...


Война… Всего пять букв, а складывается в такое страшное слово. Ужас, идущий от него, я испытываю сейчас. Я родился в мирное время, но 9 Мая для меня святой день. Это день памяти о моих прадедушках, которые оба были на фронте. Моя мама о них много рассказывала.

Но есть еще одна святая сила.
Она меня любовью осенила,
Благословение дала свое –
Не женщина, не смертная – Россия,
Великое Отечество мое.
Война… Всего пять букв, а складывается в такое страшное слово. Ужас, идущий от него, я испытываю сейчас. Я родился в мирное время, но 9 Мая для меня святой день. Это день памяти о моих прадедушках, которые оба были на фронте. Моя мама о них много рассказывала.

Одного моего прадеда звали Журавлев Владимир Сергеевич.

Сейчас я хочу описать случай, который прадедушка рассказал моей маме, когда она была еще школьницей.

«12 июля 1943 года сражались мы у деревни Прохоровка. Битва была страшная: земля смешалась с небом, немцы лезут, как саранча – их тьма-тьмущая. Никогда не думал, что земля может трещать. Рвутся бомбы. Так тяжело, что не знаешь, живой ты или мертвый. Такой грохот стоял, что кровь текла изо рта и ушей. Открывали рты, чтобы перепонки в ушах не лопнули. Сил у нас не оставалось, чувствуем, что еще немного и все, погибнем. Начали мы Богу молиться. Молились все: и крещеные, и некрещеные, и верующие, и неверующие. Вдруг видим, на небе появилась светящаяся точка, и из нее на землю опустился луч света. Стал он расходиться во все стороны и двигаться прямо на фашистов, а в луче этом стояла молодая женщина в длинных одеждах, воздев руки к небу. Мы все, как один, поняли, что это Пресвятая Богородица. И откуда только силы у нас взялись, как пошли мы на немцев. Не чувствовали ни жажды, ни зноя, потеряли ощущение времени совсем. Мысль в головах была одна – пока жив, бей врага. И здоровые, и раненые, кто хоть сколько-нибудь мог оружие в руках держать – и те ползли. Наши танкисты, выбравшиеся из своих разбитых машин, искали на поле вражеские экипажи, тоже оставшиеся без техники, и били их из пистолетов, схватывались в рукопашной.

Когда увидели, что фашисты отступили, мы испытали такую радость, такое ликование, больше, чем за всю войну, наверное. Не напрасны были наши труды и потери. Мы сломали вражеский бронированный хребет».

Когда мама мне этот случай рассказала, я долго не знал, что ответить. Какое счастье, что я – правнук такого человека. Приеду летом к бабушке в Усвяты, обязательно схожу на дедушкину могилу и скажу: «Спасибо тебе, деда, за все – за этот мир, за это небо, за мою жизнь!»

(сочинение Даниила Клухина, напечатанное в приложении к газете «Балтийский луч» от 04.05.2010 г.)

P.S. Владимир Сергеевич горел в танке, был контужен, участвовал в параде Победы 24 июня 1945 года на Красной площади в Москве, продолжал служить в танковых войсках, окончил военную Академию в Москве.

В декабре 1955 года вышел в отставку, и семья переехала в родные Усвяты, где построили дом, пока позволяли силы трудился. Вместе с женой, Анной Филипповной, с которой прожили более 62 лет, вырастили четырех дочерей. У них было 4 внучки и 2 внука, 3 правнука и 2 правнучки, а сейчас семья разрослась еще больше.

Умер Владимир Сергеевич в возрасте 89 лет. Всей своей жизнью он доказал, что во всем был достойным представителем своего поколения.

"Новая жизнь"